О языке
Не так давно я гостила у своей подруги Сильви во Франции. После активного отдыха в Париже, мы отправились на северо-запад страны в Бретань, на родину Сильви. Там я впервые столкнулась с проявлением явно выраженного национального вопроса, часто вызывая недовольство Сильви, тем, что все время путала названия. Так, вместо Бретани я говорила Британия, бретонцев называла британцами и, наконец, не делала никакой разницы между французским и бретонским языками.
Оказывается, бретонцы очень трепетно относятся к своей истории. Мне она, правда, показалась немного кровожадной, но интересной. Во всяком случае, отдельные эпизоды навели на мысли, с которыми я хочу поделиться.
Немного о прошлом. В те далекие времена, когда история переплеталась с легендами, Бретань называлась Летавией. Затем Юлий Цезарь, на пути к завоеванию Галии и Британских островов, переименовал ее в Арморику (страна у моря).В середине IV века н.э, когда англосаксы начали понемногу вытеснять бриттов с островов, правитель Британии Максимиан снарядил флот, переплыл пролив и высадился в Армонике. В первом же бою бритты разгромили пятнадцать тысяч местных галлов-язычников. Максимиан назначил королем «маленькой Британии» одного из своих всадников, Конана Мериадека.
Бритты убивали мужчин, оставляя в живых женщин. В каждом городе находились бриттские солдаты, которым предстояло навсегда поселиться в Арморике. Для того, чтобы дети солдат не смешались с местным населением, которых завоеватели считали дикими варварами, решено было, что каждый из них должен женится на девушке из Британии. Поэтому Конан обратился за помощью к королю туманного Альбиона. Тот, видимо в порядке оказания гуманитарной помощи, посадил на корабли одиннадцать тысяч девушек из знатных семей и шесть тысяч простолюдинок, и, не смотря на ропот и вопли девиц, отправил их к заждавшимся женихам. Но началась буря, большая часть кораблей затонула, а другие отнесло течением к незнакомым берегам, где девушки погибли от рук дикарей.
Узнав о гибели девушек, воины расстроились. Конан обратился снова за помощью в Британию, но получил отказ: самим, мол, мало. Главная причина, по которой Конан не хотел, чтобы бритты смешались с язычниками – галлами, был страх, что они могут забыть свой язык и веру. Он приказал убить всех галльских мужчин, а каждой женщине, которой предстояло выйти замуж за воина-бритта, отрубили язык, чтобы она не смогла научить детей своему языку. Вот так и сохранился бретонский язык, на котором говорят сейчас потомки бриттов.
Методы, на мой взгляд, варварские. Но даже в те далекие времена люди понимали важность и значение языка. И, наверно, не зря, не так давно мужчины не смели произносить бранных слов в присутствии женщин и детей.
